Искусственный интеллект не будет полезен тем, кто не умеет задавать вопросы, - интервью с депутатом

Образование, молодёжная политика и технологическое развитие являются основными факторами, определяющими будущее каждой страны. В современном мире эти три направления тесно взаимосвязаны. Качество системы образования формирует интеллектуальный потенциал будущих поколений, возможности молодёжи использовать этот потенциал влияют на развитие общества, а искусственный интеллект и другие новые технологии меняют как содержание образования, так и требования рынка труда.

Азербайджан также не остаётся в стороне от этих изменений. Приведение высшего образования в стране в соответствие с международными стандартами, расширение сотрудничества между университетами, увеличение возможностей для молодёжи и подготовка кадров с учётом современных технологических требований входят в число актуальных задач.

Вместе с тем возникает ряд вопросов, касающихся качества образования, роли родителей в этом процессе, эффективного использования молодёжью существующих возможностей, а также влияния искусственного интеллекта на рынок труда в будущем.

По всем этим вопросам депутат Милли Меджлиса Шахин Сеидзаде стал гостем Crossmedia.az и ответил на вопросы издания.

— Господин Шахин, образование — важнейшая сфера, которая касается каждого из нас и всех слоёв общества. Как вы оцениваете состояние современного азербайджанского образования и его перспективы с точки зрения международной конкурентоспособности?

— Благодарю за вопрос. Его можно разделить на две части. Первая — общее состояние сегодняшней системы образования. Вторая — более конкретная: устойчивость и интернационализация образования, то есть то, как продвигается процесс интеграции, особенно в сфере высшего образования.

Позвольте начать со второго вопроса. Сегодня азербайджанская система образования на основе различных международных стандартов и практик создаёт для преподавателей и студентов возможности осваивать новые подходы. Это проявляется как на институциональном уровне — в решениях Президента, касающихся интернационализации высшего образования и укрепления позиций университетов в международных рейтингах, — так и в реализации программ двойных дипломов.

15 лет назад концепция двойного диплома в Азербайджане не была столь популярной. Сегодня у нас есть Азербайджано-французский университет, Азербайджано-турецкий университет, Азербайджано-итальянский университет, а также кампусы российских университетов в Азербайджане. Иными словами, сегодня можно получить образование в Азербайджане и одновременно приобрести диплом как азербайджанского, так и зарубежного университета. Это обеспечивает доступ к качественному образованию, соответствующему международным стандартам.

С другой стороны, мы не только заимствуем международные образовательные стандарты, но и экспортируем их. За счёт государства обеспечивается обучение азербайджанских специалистов и будущих учёных в различных университетах. В дальнейшем одни из них будут работать в науке, другие — в частном секторе, третьи — в государственном секторе.

Если посмотреть на нынешнюю политическую ситуацию в нашей стране, мы увидим, что значительная часть людей, занимающих руководящие должности, получила образование за рубежом. Когда они учились за границей, никто не знал, что спустя годы кто-то из них станет министром, а кто-то — государственным служащим. Прошло 10–20 лет, и сегодня они работают на различных должностях. Нынешняя молодёжь также через 10–20 лет займёт эти позиции.

Таким образом, сегодня в системе образования Азербайджана происходит как заимствование международных стандартов, так и подготовка студентов, преподавателей и учёных в соответствии с этими стандартами. Например, существуют такие важные требования, как обучение в докторантуре и публикация научных работ в международных журналах. Всё это свидетельствует о том, что взаимная интеграция уже происходит и продолжает развиваться.

Теперь вернёмся к первому вопросу — общему состоянию образования. Давайте признаем реальность: насколько сегодняшнее образование отвечает потребностям общества и людей, которых мы воспитываем и обучаем? Но кто должен отвечать на этот вопрос? Те, кто получает образование, или те, кто непосредственно не занимается образовательным процессом?

Я высказываюсь об образовании, но на самом деле ничего о нём не знаю и не участвую в образовательном процессе собственного ребёнка. Проведём небольшое сравнение: советское образование и современное образование.

Советская система образования говорила: «Родители, идите на фабрики, в колхозы и совхозы, не вмешивайтесь в воспитание своих детей, потому что я воспитываю из них идеологических солдат» — октябрят, пионеров, комсомольцев и так далее. До определённой красной черты я не вмешиваюсь в этот процесс.

Но ситуация изменилась. С точки зрения повышения качества образования и вклада в развитие ребёнка роль образовательной системы уже не является единственной и исключительной. Роль родителей чрезвычайно важна. Но насколько сегодня родители участвуют в этом процессе?

— Кто несёт основную ответственность за формирование у детей интереса к чтению: семья или школа? Насколько в целом оправдываются наши ожидания от системы образования и каким образом родители должны вносить свой вклад в этот процесс?

— Безусловно, если сравнить сегодняшнюю систему образования с тем, какой она была 10 или 20 лет назад, мы увидим, что процессы совершенно изменились. Но мы всегда хотим большего и видим, как развивается мир.

В советской системе образования всё было ограничено её собственными возможностями. Мы не сравнивали её с системами образования США или Англии. Тогда нашей самой большой мечтой было учиться в Москве или Киеве. Сегодня же это уже не мечта, а вполне доступная возможность.

Наши мечты, желания, ожидания и требования изменились. Нельзя говорить: «Я ничего не хочу делать, пусть Министерство образования что-нибудь предпримет». Сегодня в сфере образования происходят различные процессы.

Если разделить их на этапы, то на дошкольном уровне роль родителей чрезвычайно важна. Потому что в реальности ни количество дошкольных учреждений, ни число мест в них полностью не соответствуют количеству детей, поступающих в первый класс.

Приняты решения стратегического характера, и процессы реализуются поэтапно. Здесь речь идёт не столько о масштабной эволюции, сколько о передаче финансовых функций. Раньше дошкольные учреждения находились под контролем исполнительных органов власти, а влияние Министерства образования на эту сферу было практически нулевым. Только несколько лет назад детские сады и дошкольные учреждения перешли в подчинение Министерства образования. Для системы образования это очень короткий срок. Однако мы ожидаем больших результатов за короткое время.

В школьные годы для нас важно, чтобы ребёнок не переступал определённую красную черту, хорошо себя вёл, а в 10–11-х классах занимался с репетитором и хорошо учился. Каждый хочет, чтобы его ребёнок был отличником. Между тем система образования не ориентирована на то, чтобы все дети обязательно становились отличниками.

Учитель в классе объясняет ученику определённый материал. Если ученик его не усваивает, это не обязательно означает, что виноват учитель. Другой ученик усваивает. Способности у всех разные. Не каждый одинаково хорошо разбирается во всех предметах. Нужно сосредоточиться на тех дисциплинах, к которым есть интерес, а остальные отодвинуть на второй план.

Мы же хотим, чтобы наши дети добивались успехов по всем предметам. Уже в 9–10-х классах мы начинаем думать о том, где они будут учиться дальше, и, если потребуется, стараемся обеспечить обязательное освоение необходимых предметов.

Концептуально именно об этом я сегодня и хочу сказать. Есть сферы, которые нуждаются в совершенствовании, существуют направления, в которых пока отсутствует системность.

Раньше родители практически не участвовали в этом процессе. Но мы также понимаем, что сегодня в нашем обществе есть молодые люди, добившиеся успеха благодаря системе образования. Это и есть достижение данной системы.

Была ли система образования 1990-х годов такой же сильной, как сегодня? Вероятно, она была слабее. Однако команда, которая сегодня добивается успехов и вернула Карабах, — это выпускники системы образования 1990-х годов.

А что можно сказать о системе образования 70-летней давности? Разве она тоже была плохой? Но именно её выпускники сегодня развивают государство и профессионально решают задачи, связанные с возвращением Карабаха.

Сегодня мы получаем образование в гораздо лучших условиях, но всё равно выражаем недовольство. К этому нужно подходить с определённой осторожностью, компетентностью и ответственностью.

Ответственность означает участие в процессе развития ребёнка. Когда вы анализируете происходящее в присутствии ребёнка и принимаете решения, одновременно подрывая в его глазах авторитет учителя, вы наносите ущерб этому авторитету. Если пошатнуть авторитет учителя, ребёнок уже не будет проявлять стопроцентного интереса к его предмету.

Наше отношение к образованию не ограничивается школой, университетом, ректором или директором. Отношение к образованию начинается дома, с матери. Дети начинают знакомиться с книгами уже с двухлетнего возраста. Заставлять их читать в семь лет — это уже поздно.

— Господин Шахин, вы подчеркнули важность сотрудничества между родителями и школой. Теперь перейдём к теме молодёжи. Насколько эффективно используется потенциал азербайджанской молодёжи и какой вклад этот потенциал может внести в развитие страны?

— Давайте вернёмся в то время, когда мы сами были молодыми. Кем мы тогда были и какими качествами обладали по сравнению с сегодняшней молодёжью? Не вспомнив хотя бы собственный молодёжный опыт, трудно правильно рассуждать о молодом поколении.

В то время мы были очень увлечёнными и активными, вмешивались в различные процессы. Мы активно участвовали в общественной жизни, хотели, чтобы в обществе, государстве и организациях принимались справедливые, правильные решения, служащие развитию. Это естественная особенность молодого человека — стремиться к лучшему, чем то, что существует сегодня.

Нынешняя молодёжь должна требовать от нас большего, чем мы ей предлагаем. Ведь в своё время мы тоже ожидали большего от существовавшей тогда ситуации.

Возможностей у сегодняшней молодёжи в разы больше, чем было у нас в молодости. Но можно ли сказать, что польза и масштабы результатов, которых она достигает благодаря этим возможностям, столь же велики? Это трудно сравнить.

Молодой человек сам знает, добился он успеха или потерпел неудачу. Но если говорить о молодёжи реалистично, на какие особенности следует обращать внимание?

Во-первых, молодой человек имеет право на ошибку — это одна из причин, по которой он и является молодым. Во-вторых, у него есть право пробовать. Я ожидаю от него преданности на протяжении 20–30 лет, но он испытывает себя и свою жизнь: год проработал здесь — не получилось; два года работал там — снова не получилось. Он проверяет жизнь и самого себя, пробует разные «торты», чтобы понять, какой из них вкуснее.

Сегодня в азербайджанском государстве для молодёжи создано множество возможностей. Молодые люди хотят ещё больше возможностей — это тоже реальность. Но по сравнению с ситуацией 30-летней давности их возможности значительно шире.

Тогда мы мечтали о социально-политической стабильности и возвращении Карабаха. Поступление в университет или магистратуру уже считалось большим достижением. Изучение английского языка было серьёзным успехом. Сегодня же знание английского — это уже не преимущество, а его незнание считается недостатком.

Сегодня сотни и тысячи молодых людей получают образование за рубежом. Они конкурируют друг с другом, и уровень этой конкуренции совершенно иной.

Поэтому у современной молодёжи действительно много возможностей. Но достаточно ли их или, напротив, слишком мало — об этом следует спрашивать самих молодых людей.

Однако реальность такова, что сегодняшняя молодёжь активна. Как внутри страны, так и за её пределами молодые люди верят в азербайджанское государство и свою азербайджанскую идентичность — никто не сможет отнять у них Родину.

Они побеждают в различных конкурсах, занимаются наукой. 20–30 лет назад возможностей добиваться подобных успехов практически не было.

Но сегодняшняя молодёжь должна думать не только о победе в одном сражении, но и о победе во всей войне. Они хотят быстрых результатов и зачастую готовы от чего-то отказываться. Они имеют на это право, потому что для них значение скорости совершенно иное.

С другой стороны, не каждый способен выдержать эту постоянную нестабильность. Результата достигают не марафонцы, а участники эстафеты. К цели нужно идти осторожно, последовательно, опираясь на традиции и преемственность.

Если бы любой стратегической цели можно было достичь за один месяц, нам бы тоже предложили такое лекарство. Но приходится работать каждый день, каждую неделю, год, два года.

Поэтому мой единственный совет сегодняшней молодёжи: будьте немного осторожнее и обязательно имейте план. Даже самый плохой план лучше, чем полное отсутствие плана.

— Сегодня мы сталкиваемся с новыми реалиями. Когда мы пытались адаптироваться к интернет-реальности, появилась реальность социальных сетей. Мы адаптировались к социальным сетям, и вот возникла новая реальность — искусственный интеллект. Искусственный интеллект начинает оказывать ещё более масштабное влияние, чем два предыдущих технологических этапа, и уже проникает во все сферы жизни. Как, по вашему мнению, искусственный интеллект повлияет на рынок труда в будущем? Насколько эта технология может усилить конкуренцию и напряжённость на рынке труда?

— Очень хороший вопрос. Чтобы ответить на него, позвольте немного вернуться назад и взглянуть на период интернета, предшествовавший появлению социальных сетей.

Когда интернет вошёл в общество и стал частью образа жизни людей, существовал большой страх, что люди будут использовать его как источник информации и станут меньше читать книги. Время показало, что количество издаваемых книг с каждым годом увеличивается. Иными словами, интернет не стал угрозой.

Затем появились социальные сети. Интернет и социальные сети — это серьёзное направление.

Интернетом я пользовался как источником: он что-то давал мне, а я ничего не возвращал ему. В социальных сетях всё наоборот: я сам предоставляю гораздо больше информации и вижу последствия этого.

Искусственный интеллект превратил это взаимодействие во взаимный процесс.

Если раньше использование интернета в большей степени требовало умения находить достоверную информацию, то сегодня ключевым навыком становится умение правильно задавать вопросы. Тем, кто не умеет правильно формулировать вопросы, искусственный интеллект не принесёт пользы.

Сейчас я учусь в Англии. Однажды там состоялась большая дискуссия на тему использования искусственного интеллекта в образовании. Следует учитывать два обстоятельства. Во-первых, сегодня невозможно отказаться от использования искусственного интеллекта. Во-вторых, если мы боимся искусственного интеллекта, значит, мы к нему не готовы.

Есть ещё один вопрос: кто такой искусственный интеллект? Тот, кто принимает решения, или тот, кто заставляет тебя думать?

Если он принимает окончательные решения, значит, мы уже проиграли. Но если он заставляет тебя думать и помогает рождаться новым идеям, тогда он способствует развитию эволюции.

Именно поэтому я говорю, что эффективность искусственного интеллекта зависит от умения правильно задавать вопросы.