Если роботы объявят войну, сможет ли человек их остановить?
Применение искусственного интеллекта в военной сфере — одно из технологических достижений, способных коренным образом изменить характер современных войн. Речь уже идет не только об использовании беспилотных летательных аппаратов и роботизированных систем. Технологии нового поколения позволяют вооружениям самостоятельно определять цели, анализировать информацию, оценивать уровень угрозы и даже принимать решения об атаке без вмешательства человека. Это означает снижение роли человеческого фактора в войнах и передачу процессов принятия решений алгоритмам.
В действительности искусственный интеллект может обеспечить определенные преимущества в военных операциях с точки зрения скорости и точности. Такие системы способны обрабатывать огромные объемы информации, которые человек не в состоянии проанализировать за короткое время, и выявлять цели. Однако главная проблема заключается в том, что алгоритм не всегда может правильно оценить реальную обстановку. Например, ошибочное решение системы, которая определит гражданское лицо как военнослужащего, а гражданский объект — как военную цель, может привести к необратимым последствиям. Более того, в условиях войны события развиваются очень быстро, и решение искусственного интеллекта, принятое на основе первоначальных данных, впоследствии может оказаться совершенно ошибочным.
Еще один серьезный вопрос — человеческий контроль. Хотя с технической точки зрения возможно создать определенные механизмы контроля за работой автономного оружия, насколько реально человеку проверять каждый шаг системы, принимающей решения за считаные секунды? Будет ли механизм, предусматривающий вмешательство человека, действительно способен остановить принятое решение или превратится лишь в формальное средство контроля? Эти вопросы сегодня находятся в центре международных дискуссий по безопасности.
Не менее важны правовые и моральные аспекты проблемы. Если в результате ошибочного решения оружия на основе искусственного интеллекта погибнут мирные жители, вопрос о том, кто должен нести ответственность, станет предметом серьезных споров. Как в таком случае следует определять ответственность: компании, разработавшей программное обеспечение, государства, которое произвело и ввело в эксплуатацию это оружие, или командира, отдавшего приказ о проведении военной операции? Ведь чем сложнее становится механизм принятия решений алгоритмом, тем труднее установить конкретный источник ошибки.
С другой стороны, широкое распространение такого оружия может привести к новой гонке вооружений между государствами. Разработка одной страной более быстрых военных систем, способных самостоятельно принимать решения, может подтолкнуть другие государства к созданию аналогичных технологий. В результате возникает риск ослабления человеческого контроля над началом и эскалацией войны, а также углубления военного противостояния из-за технических неисправностей или ошибочной информации.
Все это свидетельствует о том, что применение искусственного интеллекта в военной сфере — не просто технологическая новинка, а фундаментальный вопрос, связанный с международным правом, безопасностью, человеческой жизнью и ответственностью государств. Главный вопрос заключается в следующем: насколько правильно передавать алгоритмам принятие жизненно важных решений, связанных с войной, и какие ограничения необходимо установить для развития этих технологий?
В комментарии Crossmedia.az заместитель директора по цифровому развитию Института философии и социологии Национальной академии наук Азербайджана, заведующий отделом философии цифрового развития и искусственного интеллекта, доктор философии, доцент Мухаммед Джабраилов отметил, что рассматривать применение искусственного интеллекта в военной сфере исключительно с точки зрения создания новых видов вооружений было бы неправильно:
«Этот вопрос необходимо оценивать также с точки зрения изменения философии войны, понятия государственного суверенитета и баланса международных сил. Сегодня искусственный интеллект является не только показателем технологического прогресса, но и инструментом геополитического влияния государств. В частности, соперничество между США и Китаем показывает, что в будущем военное превосходство государств будет определяться не только ядерным оружием и традиционными военными технологиями, но и вычислительными, прогностическими возможностями алгоритмов, а также их способностью принимать решения.
Неслучайно на встречах высокого уровня между президентом США Дональдом Трампом и председателем КНР Си Цзиньпином одним из важных вопросов обсуждения стала безопасность искусственного интеллекта. Также поднимался вопрос о создании специальных механизмов коммуникации для предотвращения возможных инцидентов, связанных с искусственным интеллектом, кибератак и других проблем безопасности. Обсуждение Трампом вопросов безопасности и контроля с руководителями ведущих технологических компаний после 81-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН также свидетельствует о том, что развитие этих технологий уже нельзя считать исключительно внутренним делом отдельных компаний. Ведь система искусственного интеллекта, разработанная компанией, располагающей значительными финансовыми и технологическими ресурсами, может создавать серьезные риски для глобальной безопасности. Поэтому я считаю, что вмешательство государств и создание регулирующих механизмов в этой сфере необходимы.
Здесь возникает определенный геополитический парадокс. Государства стремятся с помощью искусственного интеллекта добиться военного превосходства и укрепить свой суверенитет. Однако одновременно передача военных решений алгоритмам может ослабить одно из важнейших составляющих этого суверенитета — право человека принимать окончательное решение. Если автономные системы вооружений способны самостоятельно определять цель, отслеживать ее и при определенных условиях осуществлять атаку без отдельного подтверждения со стороны человека, это уже означает изменение механизма принятия решений в ходе войны.
Скорость работы таких систем порой значительно превосходит возможности человека по анализу происходящих событий. На поле боя решения могут приниматься не со скоростью человеческого мышления, а со скоростью обработки и вычислений алгоритмов. Возможности искусственного интеллекта анализировать большие объемы информации за короткое время и принимать мгновенные решения создают серьезное преимущество по сравнению с человеческими возможностями. Однако это преимущество одновременно становится источником опасности. Например, атака на цель, ошибочно определенную одной системой, может спровоцировать автоматизированный ответный удар другой стороны. В результате процесс эскалации ускорится, а возможности человека принимать политические решения и контролировать противостояние окажутся ограниченными.
Второй важный вопрос связан с техническими пределами человеческого контроля. Я считаю, что содержательный человеческий контроль над автономными системами вооружений, основанными на искусственном интеллекте, должен обеспечиваться постоянно. Ведь ослабление такого контроля может привести к чрезвычайно серьезным рискам. Под человеческим контролем здесь подразумевается не просто отслеживание какой-либо функции в техническом программном обеспечении. Человек должен понимать суть принимаемого решения, иметь возможность вмешаться при необходимости и нести ответственность за его последствия. Основная проблема заключается в том, что по мере увеличения скорости принятия решений алгоритмами и усложнения их работы реальные возможности человека вмешиваться в этот процесс могут сокращаться.
Сегодня на международном уровне также ведутся дискуссии о безопасности искусственного интеллекта, применении автономного оружия и его регулировании. Ведь использование этих технологий государствами, которые не осознают своей ответственности и не соблюдают международные обязательства, в будущем может привести к серьезным проблемам.
Представим, что автономная система вооружений в результате алгоритмической ошибки определяет мирных жителей как военные цели и становится причиной их гибели. Кто в таком случае должен нести ответственность? Компания, разработавшая программное обеспечение, государство, которое произвело и ввело в эксплуатацию оружие, или лицо, принявшее решение о проведении военной операции? Я считаю, что в подобной ситуации было бы неправильно возлагать ответственность исключительно на одного субъекта. Ведь в формировании алгоритмического решения могут участвовать несколько сторон, а в некоторых случаях ошибочное решение может быть принято вне непосредственного контроля человека. Поэтому правовые и институциональные механизмы определения ответственности должны быть разработаны заранее.
Все это показывает, что опасности, связанные с автономным оружием, уже не являются исключительно вопросом военной безопасности отдельных государств, а представляют собой глобальную проблему международной безопасности. Риски, связанные с применением искусственного интеллекта в военной сфере, существуют, и по мере развития технологий они могут возрастать. Особенно на фоне соперничества крупных геополитических держав возникают новые вопросы, касающиеся национального суверенитета и безопасности государств. Обсуждение этих вопросов на высоком уровне между США и Китаем также свидетельствует о серьезности проблемы.
В настоящее время этот процесс продолжается, и предпринимаются попытки найти различные способы предотвращения опасных сценариев. Полагаю, что в будущем необходимость удерживать возможности самостоятельного принятия решений искусственным интеллектом, особенно автономными системами вооружений, в определенных правовых и технических рамках будет становиться все более актуальной. Главное — не останавливать технологическое развитие, а не допустить, чтобы оно вышло из-под человеческого контроля».
Махаббат Тарланоглу
13:00 20.11.2026
Количество просмотров: 21